Взяла в библиотеке почитать сборников стихов «Музыка не для толстых» Игоря Белова, калининградского поэта. И, после прочтения, на волне полнейшего восторга решила поделиться со всем миром тем, что понравилось больше всего. Даешь калининградскую поэзию в массы! Ниже, для заинтересовавшихся, отрывки из стихотворений, более всего «зацепившие», все за авторством И. Белова. Буду перечитывать, когда серые будни окончательно и бесповоротно приставят к виску револьвер тоски.
В баре "Дредноут" ночью мне снится свинцовый дым
Кошмар на улице Генделя становится вдруг родным
Пену морскую с кружек ветер уносит вдаль
А чёрным дырам колонок вообще никого не жаль
За стойкой меняют пластинку так долго ищут её
Будто меняют родину - ну или там белье
(с) «Дредноуты»
Ещё!Ты ждешь пока фонарь под глазом потухнет
Просыпаешься мертвый и больше вообще не спишь
И в один прекрасный день читаешь на стене в кухне -
"Ты никогда не повзрослеешь Малыш"
(с) «Стихи о Малыше и Карлсоне»
Жизнь справляется с нами одним ударом
Когда осень на горло наступает со всех сторон
И все что горит это луна над баром
Похожая на монету в пять шведских крон
(с) «Стихи о Малыше и Карлсоне»
В мире нецензурных книжек, в мире негуманных жестов
Уходить, не попрощавшись, издавна заведено,
И на улицах уставших снега грязные манжеты
Щедро залиты рассветом, точно розовым вином.
(с) «Валентинов день»
Среди бульваров, площадей
И глаз печальных
Проходит жизнь, и нет вообще
ролей провальных.
(с) «Такси почти на взлет идет...»
Я сам теперь как невидаль и небыль
Но всё ж бесповоротно обречен
На комнаты где так скучает мебель
И запирают сердце на крючок
(с) «Раскольников, сонет №7»
Такое лето не поднять с колен
Как нам не измениться ни на йоту
Сегодня город мой сдается в плен
Дождям ещё не вышедшим из моды
(с) «Раскольников, сонет №7»
Едва очнувшись веришь всё сильней
Чужим словам как отраженью в зеркале
Привыкнув разговаривать во сне
И не пенять на вечер исковерканный
(с) «Раскольников, сонет №9»
Откланявшись без видимой причины
Таких как мы эпоха научила
Расплачиваться выстрелом в висок
(с) «Раскольников, сонет №10»
Тонет смерть в полусладком вине.
Наши дни по канистрам разлиты.
На войне этой как на войне
Мы уже не однажды убиты.
(с) «Тонет смерть в полусладком вине...»
Наши легкие тают, как дым,
И поскольку, по верным расчетам,
Артиллерия бьет по своим,
Не имеет значения, кто ты.
(с) «Тонет смерть в полусладком вине...»
От поколения потерянных
Вот эта толкотня вокзальная,
И синева, грозой подстреленная,
И лето, чем-то опечаленное.
(с) «На обочине»
Этим грустным рассказом наш мир навсегда изувечен
А чернильные сумерки, день на стихи изорвав,
И настольную лампу держа на прицеле весь вечер,
С неземной прямотой лезут в душу, как лезут в карман.
(с) «Рок-н-ролл»
Мне б испытывать действие времени с привкусом яда,
Пережить все несчастья, от всех лихорадок страдать...
Только город притихший дурным, закатившимся взглядом
Провожает троллейбус, и провод гудит, как струна.
(с) «Рок-н-ролл»
Плюнь на взаимосвязь
Судьбы и нервных клеток,
Любовь не удалась -
Станцуем напоследок.
(с) «Ералаш»
Ты помолись, чтобы услышало наш разговор
Лето, школьным звонком расстрелянное в упор.
(с) «Сентябрь»
Только вручить бы зонтик мокрой от слез душе,
Целый набор обещаний вместо карандашей
Можно с собой на урок отнести в портфеле.
(с) «Сентябрь»
Кругом ни души - ну кому тут верить?
Финал предсказуем, как вздох "люблю",
Пока горизонты европ-америк
По нашим дорогам дождями бьют.
(с) «Пятно декораций без слов, без имени...»
Вечер кажет кулак сквозь завесу табачного дыма,
Но разбитые губы шепчут бережно, будто во сне:
"Я люблю тебя, жизнь. Я уверен, это взаимно",
И играет пластинка в распахнутом настежь окне.
(с) «Сладкая жизнь»
Если ты слышишь музыку, то, чего в жизни нет,
Можно увидеть воочию, не выпив, но опьянев.
(с) «Summertime»
На фоне роковых пятиэтажек
Я буду не оставившей следа
Деталью обреченного пейзажа,
С тобой оставшись раз и навсегда.
(с) «Судьба на наши лица по привычке...»
Ты говоришь, мол, не вернуть,
Ни прошлого, ни человека.
Замрет, как в градуснике ртуть,
Непрожитая четверть века,
Которая навек прошла.
Такая жаркая эпоха
Уже остыла, как зола,
И ей от алкоголя плохо.
Ее артерии разят
Конкретно проржавевшей кровью.
И вылечить её нельзя.
Не лечится - и на здоровье.
(с) «Не пей, красавица, при мне...»
Слышно, что сердцу уже ничем не помочь,
Слышно, как среди насыпей немых
Сначала они из этой жизни уходят прочь,
Потом жизнь медленно уходит из них.
(с) «Цыганские короли», перевод
Облака над тобой без тормозов как авто
Между пятым и тридцать пятым осиленным километром
Никого не окликнешь и тебя не окликнет никто
И первый встречный окажется просто ветром.
(с) «На дороге», перевод
Капитально продумать сюжет навороченный и пространный
Чтобы поток сознания - до середины Днепра
Чтобы любовник в постели скелет в шкафу утопленник в ванной
А на антресолях чемоданы истины красоты и добра
(с) «Долгая дорога до горшка», перевод
В стране, где полные тормоза нажимают на тормоза,
По четвёртому разу одно Рождество отмечать - совсем не шиза,
Чтобы жители, как наркоманы, снова чувствовали приход
Новогоднего праздника с вечно новым названием "Новый Год".
(с) «Рождественский рэп», перевод
Любимое, связанное с родным тридевятым царством.)
Тебе приснился этот город.
Перелицованный войной,
Он вроде ордена приколот
К сюжетной ткани бытовой.
(с) «По улице немецкой узкой...»
И под восточнопрусским небом,
Все понимая наперед,
Держа равнение налево,
Неподражаемо пройдет
Любовь, как новость рядовая,
И нам останется одна
Развязанная мировая
Неслыханная тишина.
(с) «По улице немецкой узкой...»
В неоновой безвкусной синеве
Каштаны дымовой завесой плотной
Спасают от позора Кёнигсберг,
Английской авиацией обглоданный.
(с) «Пасхальные строфы, IV.»
Плывет паром, и видно близко-близко
Обветренные лица обелисков,
Точеный профиль города Балтийска,
Поддатого меня на берегу.
(с) «Горячий воздух, ордена, букеты...»
Грустит река. Алеют кирпичи.
Сырая тишина вот-вот накатит.
И Кёнигсберг растеряно молчит,
Поскольку он отсутствует на карте.
(с) «Запутавшийся телефонный шнур...»
Для души, измотавшейся и усталой
Взяла в библиотеке почитать сборников стихов «Музыка не для толстых» Игоря Белова, калининградского поэта. И, после прочтения, на волне полнейшего восторга решила поделиться со всем миром тем, что понравилось больше всего. Даешь калининградскую поэзию в массы! Ниже, для заинтересовавшихся, отрывки из стихотворений, более всего «зацепившие», все за авторством И. Белова. Буду перечитывать, когда серые будни окончательно и бесповоротно приставят к виску револьвер тоски.
В баре "Дредноут" ночью мне снится свинцовый дым
Кошмар на улице Генделя становится вдруг родным
Пену морскую с кружек ветер уносит вдаль
А чёрным дырам колонок вообще никого не жаль
За стойкой меняют пластинку так долго ищут её
Будто меняют родину - ну или там белье
(с) «Дредноуты»
Ещё!
В баре "Дредноут" ночью мне снится свинцовый дым
Кошмар на улице Генделя становится вдруг родным
Пену морскую с кружек ветер уносит вдаль
А чёрным дырам колонок вообще никого не жаль
За стойкой меняют пластинку так долго ищут её
Будто меняют родину - ну или там белье
(с) «Дредноуты»
Ещё!